Кушвинский городской суд Свердловской области

Основания для появления засекреченного свидетеля

Основанием для производства такой процедуры как «засекречивание» является заявление свидетеля, в котором он указывает, что опасается за жизнь, здоровье и имущество, поэтому просит сохранить в тайне его анкетные данные. И эти данные сохраняются в тайне, причем от всех участников судопроизводства. Конечно, перед допросом судья удалится из зала для установления его личности, но суть дела это не меняет.

Вот вроде бы вполне оправданная мера безопасности в отношении лиц, желающих изобличить преступника без угрозы для себя. Но задумывался ли законодатель в далеком 2002 году о последствиях подобного нововведения. Рассмотрим, какая практика сложилась в работе правоохранительных органов за это время.

Реалии системы

В очередной раз убеждаюсь, не для нашей Российской правоохранительной системы подобные нормы закона, которые используются исключительно в качестве «лазеек» для создания доказательственной базы по сфабрикованным уголовным делам. Вполне себе «законный», с точки зрения процессуального закона, способ незаконного возбуждения уголовного дела, а в дальнейшем – незаконного предъявления обвинения и как следствие – вынесения обвинительного приговора.

С другими доказательствами все более или менее понятно. Пусть с трудом, но зачастую удается добиться признания их недопустимыми с последующим исключением из доказательственной базы по уголовному делу.

Часто ли на практике человек под псевдонимом «Иванов, Петров, Сидоров» действительно – очевидец совершенного преступления? И где гарантия, что под этим псевдонимом не скрывается, например, давний недруг, долгое время желающий отомстить или вовсе подставной человек, оказывающий подобные услуги оперативным работникам.

Кушвинский городской суд Свердловской области

Сложилась практика вынесения обвинительных приговоров, основанных на показаниях засекреченных свидетелей, при этом по обвинению в тяжких и особо тяжких преступлениях.

Из личной практики

Из личной практики особенно запомнилось дело, где следователи и оперативные работники отличились не только своей недобросовестной работой и фальсификацией доказательств, так еще и ленью. Преследуя цель раскрыть особо тяжкое преступление и привлечь к ответственности заведомо невиновного человека, они даже не утруждали себя поиском кандидата, согласного дать изобличающие, но ложные показания, а предложили эту роль потерпевшему по делу. А что? Удобно.

А события развивались следующим образом.

Некий Ф. решил обратиться в полицию с заявлением о привлечении к ответственности своего знакомого Б., который полгода назад забрал у него автомобиль за долги. С одной стороны, вроде, справедливо, но, с другой стороны, незаконно, да и что скрывать – просто обидно. Заявление приняли. И не долго думая, сделали предложение, от которого на тот момент Ф.

Ф. просто напросто нужно было дать показания, согласно которым он лично видел как Б. избивал потерпевшего, после чего последний скончался в больнице. И всем хорошо. И обидчик будет наказан, сядет надолго в тюрьму за то, в чем был и не был виноват. И преступление раскрыто. И лишних людей привлекать не надо. Здесь же одновременно человека можно допросить потерпевшим, а затем и свидетелем.

https://www.youtube.com/watch?v=ytcopyrightru

На помощь пришла ч. 9 ст. 166 УПК РФ, согласно которой можно при наличии оснований засекретить свидетеля, присвоить ему псевдоним и никто никогда не сможет опровергнуть сказанное им и установить местонахождение свидетеля в момент совершения преступления.

Предлагаем ознакомиться  Что пишут в графе состав семьи

Кушвинский городской суд Свердловской области

Так и появился в деле протокол допроса засекреченного свидетеля под псевдонимом «Иванов», где он подробно излагает обстоятельства избиения потерпевшего ни кем иным как Б., которые он своими глазами видел, но не сообщил об этом в полицию, опасаясь мести со стороны Б. Появилось в этот же день и видео проверки показаний на месте, где «Иванов» указывал как и при каких обстоятельствах наносились удары.

И суд готов был вынести обвинительный приговор, который, разуется, оставили бы в силе во всех последующих инстанциях.

Стоит отметить, у этой истории был счастливый конец. Произошло чудо! И потерпевший (он же скрытый свидетель), вероятно, совсем замученный совестью за все это время, явился в суд спустя год судебных заседаний, где признался в даче ложных показаний, оговоре Б. и пожелал, чтобы его данные рассекретили.

Поскольку иных доказательств вины в деле не было изначально, Б. был оправдан. По прошествии времени уже и думать не хочется, что все могло закончиться совсем иначе. Ведь, кроме как на наличие совести у скрытого свидетеля в подобной ситуации надеяться не на что, а в наличии она далеко не у каждого…

Определение суда апелляционной инстанции

Хочу поделиться выдержкой из определения суда апелляционной инстанции, которым оправдательный приговор оставлен без изменения.«…Также, вопреки доводам апелляционного представления о необоснованности оценки судом первой инстанции показаний засекреченного свидетеля под псевдонимом “И.”, нарушении норм уголовно-процессуального закона об обязательности оценки каждого из доказательств и отдаче предпочтения при постановлении оправдательного приговора доказательствам стороны защиты в виде показаний свидетеля Потерпевший №6, данных им в пользу подсудимого и показаний свидетеля В.А.И.

по обстоятельствам проведения проверки показаний на месте свидетеля под псевдонимом “И. ”, судебная коллегия находит выводы суда в приговоре на этот счет должным образом мотивированными и основанными на установленных при судебном разбирательстве обстоятельствах, свидетельствующих о порочности в качестве доказательств показаний на предварительном следствии свидетеля под псевдонимом “И. ”.

Так, в ходе судебного разбирательства свидетель под псевдонимом “И.” самостоятельно указал истинные данные о своей личности как гражданин Потерпевший №6 и пояснил, что на стадии предварительного расследования при допросах в качестве засекреченного свидетеля он дал не соответствующие действительности показания, оговорив Б. О.А., поскольку указываемых им на допросе событий в ночь с ___ на ___ он видеть не мог, поскольку находился на работе в .

В соответствии с истребованными по ходатайству стороны защиты и представленными генеральным директором Г.М.Д. сведениями, Потерпевший №6 в период с ___ работал в указанном охранном агентстве и в интересующий суд период (с ___ по ___), находился на рабочем месте в ___ (в месте ожидания сигнала тревоги) с по адресу: т. 13, л.д. 254.

Кроме того, судом исследованы представленные по запросу табель учета рабочего времени за ___ и копия журнала учета выдачи спецсредств за период с ___ по ___ , в соответствии с содержанием которых Потерпевший №6 действительно работал ___ и ___ ; ___ в __ часов и ___ в 09 часов ему выдавалось снаряжение и спецсредства, которые соответственно сдавались по окончанию суточного дежурства в 08 часов 45 минут следующих суток.

Предлагаем ознакомиться  Как выращивать креветки

Исходя из установленных вышеуказанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что свидетель Потерпевший №6, он же, будучи допрошенным под псевдонимом “ И.”, не мог являться очевидцем событий в ночь с ___ на ___ на месте происшествия.

При этом судом подробно приведены в приговоре, тщательно проанализированы показания дважды допрошенного на предварительном следствии свидетеля под псевдонимом “ И.”, а также данные им в ходе проверки их на месте показания, и признано, что таковые не являлись стабильными, содержали противоречия одни другим, на существо которых судом обращено внимание, а также и не согласуются с выводами судебно-медицинской экспертизы о характере и механизме образования телесных повреждений у потерпевшего З.В.М.

Согласно показаниям Потерпевшего №6, в судебном заседании дать показания против Б.О.А. по преступлению в отношении З.В.М. его убедили оперативные сотрудники полиции, у которых ничего, его в этом изобличающего, кроме клички “Б…”, не было. Произошло это в день его обращения в органы полиции с заявлением о хищении у него автомобиля Б. О.А.

, на которого он в тот момент был зол. Также кличку “Б…” он слышал от самого З.В.М. при посещении его в больнице, в связи с чем, укрепился в своем предположении о возможной причастности Б.О.А. к избиению З.В.М. Ранее им данные на предварительном следствии показания в качестве свидетеля под псевдонимом, являются ложными, в них он Б.О.А. оговорил.

https://www.youtube.com/watch?v=ytpolicyandsafetyru

При этом показания Потерпевшего №6 в качестве свидетеля от ___ , в которых он указывал о том, что об избиении З.В.М. узнал от кого-то из его родственников, навещал его в больнице, от него самого узнал, что его избил “Б.”, а также о полученной от К. информации о том, что со слов неизвестной женщины З.В.М.

Показания же дважды допрошенного свидетеля под псевдонимом “И.”, а также протокол проверки этих показаний на месте судом первой инстанции признаны недопустимыми доказательствами на основании п. 2 и 3 ч. 2 ст.75 УПК РФ.

С надлежаще мотивированными выводами суда первой инстанции в приговоре на этот счет, а также указанными правовыми основаниями признания доказательств недопустимыми, судебная коллегия соглашается, а также находит необходимым указать, что при даче показаний в качестве свидетеля под псевдонимом Потерпевший №6 не указал следователю источника своей осведомленности об указываемых им обстоятельствах, учитывая факт дачи им ранее при допросе взаимоисключающих показаний, а следователем не было принято надлежащих мер к проверке этих показаний в соответствии со ст. 87 УПК РФ.

Приводимые в апелляционном представлении доводы о немотивированности выводов суда первой инстанции в части признания недопустимыми доказательствами показаний свидетеля под псевдонимом “И.”, а также утверждения относительно отсутствия противоречий в указанных показаниях и лишь уточнении свидетелем под псевдонимом “И.

Предлагаем ознакомиться  Место проведения допроса свидетеля

” деталей совершенного Б.О.А. преступления, которые могли быть ему известны лишь как очевидцу, судебной коллегией отвергаются в полном объеме, как надуманные, противоречащие установленному по делу факту невозможности нахождения свидетеля Потерпевшего №6, данные о личности которого были в последующем засекречены с присвоением псевдонима, вблизи места совершения преступления в отношении З.В.М. в ___ .

По этим же основаниям не могут влечь переоценку выводов суда первой инстанции по вопросу признания доказательств недопустимыми также и ссылки в апелляционном представлении на оставление судом без должной оценки показаний свидетелей А.С.В. и С.И.С. в судебном заседании, в соответствии к которыми на Потерпевшего №6 какого-либо физического или психологического воздействия не оказывалось, он добровольно подробно и обстоятельно изложил детали преступления, очевидцем которого являлся.

Сам по себе факт неприменения недозволенных методов ведения следствия в отношении Потерпевшего №6, о чем вопреки утверждениям автора представления, суд указал в своих выводах на листе 47 приговора, не может свидетельствовать по вышеизложенным обстоятельствам о достоверности показаний свидетеля под псевдонимом “И.”.

Ссылки в апелляционном представлении на несоответствие выводов суда в приговоре фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, а также о наличии существенных противоречий в указанных выводах относительно обстоятельств, имеющих значение для дела, ссылками на иные обстоятельства, кроме вышеуказанных по тексту, не конкретизированы, а потому не могут повлечь признание состоявшегося в отношении Б.О.А. оправдательного приговора незаконным и необоснованным.

Требованиям ч.ч. 2 и 3 ст. 302 и ст. 305 УПК РФ, по убеждению судебной коллегии, обжалуемый стороной обвинения приговор отвечает в полной мере, никакие из представленных стороной обвинения доказательств не были оставлены судом первой инстанции без надлежащей их проверки и оценки.

В ходе судебного разбирательства суд первой инстанции не препятствовал стороне обвинения в представлении дополнительных доказательств в подтверждение выдвинутого против Б. О.А. обвинения, а также по опровержению обстоятельств, установленных в стадии судебного следствия, которые при постановлении приговора были положены в обоснование оправдания подсудимого Б. О.А.

Оценка установленных по делу и указанных в приговоре неустранимых сомнений в виновности Б. О.А. в соответствии с требованиями ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УК РФ сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Поскольку органом следствия не было добыто, а стороной обвинения не представлено суду бесспорных доказательств причастности Б. О.А. к инкриминируемому ему умышленному причинению тяжкого вреда здоровью З.В.М., повлекшему по неосторожности смерть последнего, то есть в совершении предусмотренного ч. 4 ст.

https://www.youtube.com/watch?v=ytadvertiseru

Изложенные в апелляционном представлении доводы, как направленные исключительно на переоценку доказательств, при неустановлении существенных нарушений уголовно-процессуального закона при разбирательстве судом первой инстанции уголовного дела в отношении Б. О.А. по указанному обвинению, не могут, по убеждению судебной коллегии, послужить основанием для отмены состоявшегося оправдательного приговора и для направления уголовного дела на новое судебное разбирательство…».

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector